О профессиональной журналистике

Jaroslav_SkvorcovЯрослав Скворцов, декан факультета международной журналистики МГИМО (У) МИД России в декабре представил в БФУ им. Канта мастер-классы для школьников и студентов, изучающих журналистику. Порталу Intellika.info Ярослав Скворцов рассказал о том, чем профессиональная журналистика отличается от блогерской, почему в России мало журналистов-международников, откуда взялась проблема в освоении знаний и о многом другом.

Достаточно ли внимания российские СМИ уделяют международным новостям?

Природа международных новостей, как и международной журналистики, в последние годы существенно изменилась. Смотрите, каких-то 20 лет назад была одна программа на всем отечественном телевидении «Международная панорама», в получасовые рамки которой можно было уместить все международные новости недели. Представить себе сегодня такую программу просто невозможно, потому что в лучшем случае в ней будет обсуждаться одно международное событие, и не факт, что полчаса на это хватит. Со временем стало понято, что международных новостей оказалось так много, что выделить среди них что-то одно крайне сложно, более того, не совсем понятно во имя чего. А что такое международная журналистика? Что такое международная новость? Это не только международная политика, но и куда более широкий спектр тем. Смотрите, украинский Евромайдан — это международная новость? Воспринимать ее в контексте СНГ было бы странно, потому что мнения, например, США или Евросоюза также важны для понимания того, что происходит на Украине. Я бы сказал, что внимание на том, международная новость перед нами или нет, стало менее сконцентрированным. С другой стороны, стало мало журналистов-международников. Очень сложно найти таких журналистов, которые именно на международной тематике специализируются. Эта тема оказалась сегодня размытой, разбросанной по разным сферам.

Может ли это означать, что людям стало неинтересно происходящее за рубежом? Например, Адам Ротфельд, экс министр иностранных дел Польши, в интервью intellika.info говорил, что «внешняя политика теряет своё значение у населения, она перестала быть предметом глубокого осмысления».

Россия стоит здесь особняком, она отличается, скажем, от Польши, да и от большинства стране Старого Света. Нас всегда больше волновало то, что происходит за рубежом. Адам Ротфельд, безусловно, прав, но здесь есть нюанс. Дело в том, что в той же Польше внутриполитическими делами нашей страны интересуются меньше, а, например, гастроли наших танцевальных, музыкальных коллективов вызовут огромный интерес. Кстати, в США в этом плане работает принцип «чем ближе ко мне, тем это для меня актуальней», а международные новости мало кого будут волновать, потому что это далеко.

В одном из интервью Вы говорили, что «у нового поколения журналистов-международников сложилось устойчивое представление, что если этого нет в Интернете, то этого нет в принципе. Это проблема для международной журналистики актуальнее, чем для журналистики внутренней». В чем причина?

Проблема в освоении новых знаний. Согласитесь: не каждому из нынешних студентов придет в голову пойти в библиотеку, дождаться, когда в библиотечный фонд вернется находящаяся на руках книжка и т.д. Зачем? Все можно сделать быстрее и проще. Я думаю, что вместе с легкостью получения информации теряется требовательность и критичность ее восприятия. Одним из главных требований к журналисту, на мой взгляд, является как раз критичное отношение к поступающей информации. На одном из тренингов BBCговорили: «Если мама сообщила вам через интернет, что она вас любит, лучше перезвоните и перепроверьте эту информацию». В противном случае, в силу массовости и напора потока информации, журналист может легко оказаться игрушкой в чьих-то руках. Легкость создает ощущение, что любую информацию можно без особых проблем добыть. А журналистика — это труд. Журналист должен быть любознателен, он должен хотеть знать больше, чем другие, он должен уметь разбираться в вопросе. При этом он не может знать ответы на все вопросы, но он должен уметь ставить вопросы перед экспертами. В этом заключается его профессиональный долг.

«Анализируя данные исследовательских компаний, мы можем констатировать продолжающийся рост интереса пользователей к интернету как к источнику новостной информации как в мире, так и среди российской интернет-аудитории», — говорит Центр исследований РИА Новости. Вы согласны?

Информация — это то, что по определению в ритме жизни нормального человека занимает доминирующее положение. Интерес к новостям как к информации всегда был первичным. А у интернета есть очень важное технологическое преимущество — оперативность. Я не буду спорить с РИА Новостями, я скорей соглашусь с их выводы. Знаете, ведь жизнь человека не может состоять только из текущих новостей. Многое требует размышления, обдумывания, анализа. Мы же тоже люди разборчивые, и не всем новостным ресурсам будем верить. Мы чаще пользуемся не информацией, а ее интерпретацией. Информация первична, но не единственна.

Справедливо ли относить блогосферу к журналистике, а блогеров — к «гражданским» журналистам?

Согласно законам некоторых европейских стран, любой человек, который заводит блог, пользуется правами журналистов. Вместе с тем блогер выполняет и обязанности журналиста, и ответственность блогеров столь же высока. С другой стороны, согласитесь, что степень ответственности человека, работающего журналистом и блогером отличается. Здесь свою роль играет понятие корпоративной культуры и этики. Что такое культура? Это система самоограничений, когда человек что-то может себе позволить, а что-то — нет, когда за слова свои нужно отвечать. К тому же, блогер всегда может удалить свою запись, а журналист-профессионал какого-либо издания — нет. Как говорится, что написано пером…

Между тем блогеры утверждают, что традиционная печать скоро уступит место блогосфере, потому что количество просмотров какого-нибудь топового блога зачастую превышает тиражи ежедневных газет в тысячи раз…

Я бы не сказал, что количество просмотров — весомый показатель, важный аргумент в пользу такого рода утверждения… Для печатной продукции главным показателем эффективности является не напечатанный тираж, а тираж продаваемый. Для определения популярности блогера показатель — не механическое количество кликов. Есть три отличия блогеров от журналистов. Во-первых, у блогера нет дедлайна, он пишет тогда, когда он захочет и к тому сроку, который сам для себя установит. Во-вторых, у блогера нет понятия «гарантированная тематика» (или «персона/организация-ньюсмейкер»), ему сегодня интересно о чем-либо писать, а завтра нет. В-третьих, у него нет редактора. Хорошо это или плохо — судить не мне. Но хочется вспомнить слова великого Владимира Высоцкого, который говорил: «Кино — это режиссерское искусство. Вы можете собрать самых гениальных актеров, но если не будет режиссера, то и кино у вас не получится». Режиссер, который остается за кадром, определяет картину, он делает произведение искусства. Так же и с редактором: недооценивать его роль нельзя.

«Я считаю, что в России есть журналисты и нет журналистики. Журналистики нет! Как профессии, объединяющей большое количество людей, считающих себя четвертой властью. К сожалению, ее нет», — говорит в одном из интервью Владимир Познер. Вы согласны с ним?

Я рискую замахнуться на святое, но эту мысль и до Познера уже формулировали. Я имею некоторое отношение к журналу «Фома», это православный журнал для сомневающихся. Еще лет 10 назад на одном семинаре мне понравилась мысль, что в России нет понятия «православная журналистика», но есть понятие «православный журналист». Нет православной медицины, но есть православные врачи. При этом восприятие этих людей как тех, кто перед оказанием медицинской помощи должен всенепременно прочитать молитву, неверное. Это люди, которые с христианской любовью относятся к своему пациенту, совершают свои профессиональные функции, не отвлекаясь на какие-то другие вещи. Возвращаясь к Познеру: мне очень понравилось, что именно он сказал эти слова. Но давайте с этим высказыванием… «поиграем». Еще лет 20 назад человек мог сказать, что ему близка озабоченность «Литературной газеты» по поводу того, что казнь — это убийство. Или: «Я разделяю позицию журнала „Огонек» относительно такого-то вопроса, потому что…» Разве сейчас мы можем в адрес существующих СМИ построить такую конструкцию? Большинство СМИ сейчас обезличено. Вот кто или что является лицом Первого канала? Познер или Малахов? «Поле чудес» или «Человек и закон «? Сам по себе канал разнообразен. Он разный потому, что рассчитан на широкую аудиторию, у которой большое количество интересов. Можем ли мы отнести Познера к умным и глубоким журналистам? Я считаю, что да. А Первый канал является ли глубоким, умным, аналитичным? Я считаю, что нет. Поэтому с Владимиром Познером спорить бесполезно.

Ярослав Скворцов

Метки: , , , ,

Добавьте свою Статью

Чтобы оставлять комментарии Вы должны быть зарегистрированы Войти



Уважаемый читатель!
Нас не финансирует государство, общественные организации и политические партии.
Наш проект существует на пожертвования от наших благодарных читателей.
Часть средств мы перечисляем в различные благотворительные фонды.



18+ Материалы сайта предназначены для лиц 18 лет и старше.

Copyright ©2013-2014 NewsBook. Все права защищены.

Яндекс.Метрика